Самолёт президента

Большая часть съёмочной группы посетила настоящий Air Force One перед съёмками, и некоторые сцены, особенно тур террористов по самолёту, были основаны на этом опыте. Персонаж заместителя пресс-секретаря Мелани Митчелл во многом был основан на реальном экскурсоводе, что заставило съёмочную группу чувствовать себя неловко при съёмке её сцены казни.

Пол Аттанасио был привлечён в качестве сценарного доктора перед началом съёмок. В исходном черновике Гиббс рано раскрывал себя как крот и открыто присоединялся к террористам, но режиссёр Вольфганг Петерсен удалил эти сцены мотивации, считая более захватывающим держать зрителей в неведении.

Гэри Олдман был нанят для роли злодея после отказа от роли в Speed 2: Cruise Control. Он использовал гонорар за Air Force One, чтобы помочь финансировать свой режиссёрский дебют Nil by Mouth.

Кевин Костнер изначально получил предложение сыграть главную роль президента Джеймса Маршалла, но отказался из-за других обязательств, пойдя дальше сниматься в The Postman; сценарий был затем отдан Харрисону Форду, который согласился.

Для внешних сцен продюсеры арендовали Boeing 747-146 (N703CK) у авиакомпании Kalitta Air и перекрасили его, чтобы воспроизвести ливрею Air Force One, поскольку на настоящем самолёте на самом деле нет спасательной капсулы, как показано в фильме.

Харрисон Форд отказался снимать написанную сцену, в которой Маршалл садится, чтобы прийти в себя, чувствуя, что персонаж этого не сделает во время семейного кризиса. Сценарист Эндрю Марлоу также считал строку «Get off my plane!» пошлой, пока исполнение Форда не заставило её сработать идеально.

Местом съёмок были Severance Hall и здание суда округа Кайахога в Кливленде для дворца генерала Радека, Реформаторская школа штата Огайо (также использованная в The Shawshank Redemption) для русской тюрьмы и база Национальной гвардии Рикенбэкер, сыгравшая роль базы Рамштайн.

Рэнди Ньюман изначально был нанят для написания музыкального сопровождения, но Петерсен почувствовал, что его композиция почти пародия, и поручил Джерри Голдсмиту написать более мрачное, патриотичное музыкальное сопровождение всего за двенадцать дней при помощи Джоэла МакНили; Голдсмит дал обет никогда больше не браться за такую спешную работу.

Открывающий трек саундтрека «The Parachutes» использовался Дональдом Трампом во время своей президентской кампании 2016 года, включая место его победной речи, что побудило продюсера фильма попросить его прекратить использование трека.